- Ты кто, спрашиваем? Кого представляешь? В каком профсоюзе состоишь? - злятся телефонисты.

- Литератор я, - с достоинством отвечает Соцреализм. - Из династии пролетарских писателей.

- Мать твою дивизию... Сочинитель, значит?

- Ну.

Второй день тянется, а ерманского парашютиста Гесса все нет и нет.

- Скучно что-то, - зевают телефонисты. - Что бы такое придумать, чтоб время зря не терять?.. Сейчас мы на тебя компромат соберем. Давай, выкладывай имена и фамилии.

- Не знаю я никаких имен и фамилий.

- Вот и врешь! Серегу знаешь? А Блока? А Бурлюка? Скажешь "нет"?

- Ну.

- Гну. Давай, выкладывай! Если сам сочиняешь - значит, что-то знаешь. Анекдоты знаешь?

- Этого добра выше крыши.

- Давай, рассказывай.

- "Уехал муж в командировку..."

- Не то! Давай политические анекдоты. А мы их в эту книгу дырявую записывать будем. Потом издашь, как собственное сочинение.

- Про Чапаева подойдут? - спрашивает Соцреализм, впервые польщенный читательским вниманием.

- Про Василия Иваныча? Именно то, что нужно! Сочинение и распространение контрреволюционной пропаганды! - радуются телефонисты-энкаведисты. - Пока не расскажешь десять тысяч политических анекдотов, со стула не встанешь.

Таким вот Макаром.

Третий день настал. На отрывном календаре уже 21-е июня. На подсадную утку никто не бросается - ни Блок, ни Бурлюк, ни парашютист Гесс, ни соседка Эпоха Кузьминична (она же, наверно, на всех настучала) - на явочную квартиру никто не является, лишь со двора доносится унылый голос наемного странствующего палача с переносной гильотинкой:

- Кому руки, ноги, головы рубить?.. Кому руки, ноги, головы рубить?..

Сидит Соцреализм на стуле и, как заведенный, травит политические анекдоты... 674-й... 793-й... 836-й... Амбарная книга уже полна и на вышку тянет. А что Соцреализму терять? Кроме сырого подвала, разве что продувное удобство во дворе.