- Тринадцать. Семнадцать. Девятнадцать. - О, этот неподражаемый арканзасский выговор! - Здесь нет инфекции. Iln'y a pas d infection id.

Еще одна двухсекундная пауза, и из магнитофона донесся голос Тома Брокау:

- Двадцать три. Двадцать семь. Двадцать девять. Мы умираем. On se meurt, on creve <Мы умираем, мы подыхаем (фр.).>. Мы умираем.

Андерхилл нажал кнопку "стоп".

- На случай, если интересуетесь, первый голос - это Джессика Паркер, актриса. Второй - Брэд Питт.

- А он кто?

- Актер.

- Угу.

- После каждой паузы раздается другой голос. Все они легко узнаваемы. Альфред Хичкок, Пол Харви <Известный радиокомментатор.>, Джеймс Браун <Исполнитель песен в стиле "соул".>, Тим Сэмпл - это местный комик, очень популярный, и сотни других, хотя некоторых мы определить не смогли.

- Сотни других?! И сколько же длился этот перехват?!

- Строго говоря, это не столько перехват, сколько прямая передача, которую мы глушим с восьми ноль-ноль. А это означает, что неизвестно, сколько этого дерьма попало в эфир, хотя мы сомневаемся, что слышавшие все это что-то поймут. А если и так... - Андерхилл философски пожал плечами. Передача продолжается. Голоса, похоже, подлинные. Мы провели сравнения "отпечатков голосов", сделали спектрограммы. Кто бы они ни были, эти парни вполне могут оставить без работы Рича Литтла <Известный пародист.>.

В кабинет донеслось отчетливое "плюх-плюх-плюх" вертолета. Курц не только слышал его, но и ощущал всем существом. Через доски, через плакат в серое вещество мозга шел сигнал, приказывающий начинать, начинать, начинать, спешить, спешить, спешить. Кровь кипела желанием поскорее следовать приказу, но он сидел не двигаясь, спокойно взирая на Оуэна Андерхилла. Спеши медленно. Полезное изречение. Особенно когда имеешь дело с людьми, подобными Оуэну. Как твой пах, видите ли!

Однажды ты подложил мне свинью, думал Курц. Может, не перешел мою черту, но, клянусь Богом, все же пару шагов сделал, не так ли? Да, думаю, так и было. И думаю, тебе стоит держать ухо востро.