– Он лисой за ними и гоняется. Это я неповоротливый. Только медве-е-едем могу…

– Ну и семейка…

– Еще-е-е магию чую, – прогудел Одуван.

– Молодец. Всё правильно, мы уже у дворца. Сейчас всех лишних отсюда уберем – и дело в шляпе.

Лишними, по мнению Арчибальда, были две личности, сидящие в придорожной пыли недалеко от ворот дворца, в грязных, драных кафтанах, держа в трясущихся руках старые, потертые шляпы. Арчи подошел к одному из них.

– Извини, друг, знаю, что вы себе на пропитание зарабатываете, а мы у вас хлеб отбиваем, но лучше вам сегодня здесь не быть, – Арчи незаметно, так, чтоб не видела охрана у ворот, кинул в его шляпу два золотых. Еще один золотой упал в шляпу второго нищего. – Отдохните недельку, наешьтесь вволю, а мы тут пока за вас постоим.

– Еще чего… – Нищий поднял голову. – Граф!

– Тс-с-с! Никаких имен, Жабер!

Нищий, бормоча что-то нелестное в адрес конкурентов, прихрамывая, удалился.

– Целых три золотых! – обалдел Одуван.

– Нищих иногда надо жалеть. Божьи люди. Худшей доли не придумаешь. На хлебе и воде живут. Видал, в каком рубище Жабер ходит?

– Ну и что? Он же нищий!

– Он – глава гильдии нищих. На самом почетном месте сидит, а толку? Ты-то вон какую ряху отъел! Поди, одно мясо жрешь?

– Почему только мясо? Фрукты, овощи, ягодку всякую, – начал перечислять Одуван. – Особливо малинку люблю, когда в медведя оборачиваюсь.

– То-то и оно! Пожалел убогим золотой. Пусть хоть чуть-чуть по-человечески поживут.

Одуван виновато хлопал глазами.

– Всё, работаем! Умную морду!

– Гы-гы-гы…

– Подайте мне и моему дебильному братцу подая-а-ание на пропита-а-ание, – загнусавил артист, подваливая ко дворцовой охране.

– Трисветлый подаст! – сердито замахал руками начальник стражи. – Убирайтесь! Освободите проход. Сейчас здесь король проезжать будет! Устамший после карнавала!

– Его-то мы и ждем, – кротко сообщил Арчи, – по о-о-очень важному делу.