- Все в порядке, - примирительно сказал адвокат. - Но ведь у вас вспыльчивый характер, согласитесь.

- Конечно. Я думала, вы об этом знаете.

- Не знал, пока Кринстон не сообщил мне.

- Он вам это сказал?

- Да.

- Ему не следовало говорить подобное.

- А моя секретарша решила, что у вас мрачный вид, - продолжал Мейсон. - Вначале я подумал, что она права, но потом понял, что нет. Вы не мрачны, вы просто в панике - вот и все. Вы выглядите мрачной, потому что напуганы.

Она снова резко повернулась. В ее глазах просквозило удивление. Так ничего и не произнеся, она перевела взгляд на дорогу и завела машину. Никто из них не сказал ни слова, пока автомобиль не остановился у крыльца.

- Нам лучше выйти здесь, - заявила она.

Мейсон открыл дверцу.

- Вы собираетесь присутствовать при разговоре? - поинтересовался он.

Она спрыгнула на дорожку, сверкнув коленями, и поправила юбку.

- Я только представлю вас. Пойдемте.

Адвокат последовал за Фрэн Челейн к входной двери, которую она открыла своим ключом.

- Вверх по лестнице.

Они поднялись и повернули налево. Из одной из дверей вышел мужчина и остановился, уставившись на них. В руке он держал специально предназначенный для стенографирования блокнот, прикрепленный к твердой планке; под мышкой мужчины находились листы чистой бумаги.

- Мистер Дон Грейвс, секретарь моего дяди, - представила Фрэн. Мистер Перри Мейсон, адвокат.

Мейсон поклонился и заметил, что Дон Грейвс уставился на него с нескрываемым любопытством.

Секретарь оказался стройным, хорошо одетым, светловолосым мужчиной с карими глазами. В нем явно проглядывала определенная доля настороженности, словно он вот-вот собирался или вступить в разговор, или броситься бежать. И поза, и манеры указывали на физическое и нервное напряжение.