И не только там.

Пожары, так или иначе, всегда начинаются в охваченных войной или восстанием городах. Это закон, действия которого еще никому и никогда не удавалось избежать.

Что-то вспыхивает от зажигательной пули или реактивного снаряда. Где-то красного петуха выпускают на волю мародеры или просто обезумевшие жители и хулиганы. Кто-то специально, уходя, поджигает свой дом, чтобы тот не достался врагу…

И вот сейчас, когда солнце уже почти коснулось горизонта, и алый тревожный огонь заката разлился по всему западному окоему, на востоке, юге и севере, рукотворного огня тоже хватало.

«Спалят мне город, – устало подумала Первая, – скорее бы, что ли переговоры с этим… как его… Хрофт Шейдом. Может, удастся протянуть время, а там, глядишь, и армия подтянется. Хотя толку от нее теперь не очень много. Ловко они нас. В пух, что называется, и прах. Сразу видно, что долго и хорошо готовились. А мы? А мы слишком долго решались и готовились, наоборот, плохо. Раньше надо было проводить войсковую операцию, гораздо раньше. Года три назад, а то и все пять. И не было бы сейчас никаких проблем. Но кто ж знал? Кто, кто… Ты. Ты – Первая, и ты обязана была знать. А если и не знать, то хотя бы догадываться, чувствовать, ощущать. И ведь не скажешь, что совсем не ощущала. Носилось что-то такое в воздухе давно. Ох, носилось… Проглядела. Старею, наверное. А может быть, не в этом дело? Просто время такое пришло, вот и все. Время серьезных перемен. Конечно, проще всего на время и свалить все ошибки. На время и на судьбу. На фатум, так сказать. А теперь еще и на войну. Как там говорили когда-то мужчины? Война все спишет. Все да не все… Где же Йолике? Сил уже нет ждать».

Первая вернулась от окна к столу, тяжело уселась в кресло и потянулась за сигаретами. За сегодняшний нескончаемый день это была уже третья пачка.