— Так вы беретесь за дело?

— Да. На оговоренных условиях.

— Я их принял.

Хоукс достал из кармана куртки чековую книжку и ручку. Все это было заготовлено заранее, никто в халатах чековые книжки не носит.

— Как ваше полное имя?

— Дэниел Диксон Элжер.

Чек был выписан на мое имя на сумму в тысячу долларов. Ровно столько, сколько я заработал за два года со дня получения лицензии. Скрыть свою растерянность мне, очевидно, не удалось.

— Это аванс, мистер Элжер. Вы получите пять тысяч по окончании расследования, но это в том случае, если Лин найдется, а также будут оплачены все ваши расходы. Прошу вас не экономить и не сдерживать себя при необходимых затратах. Вам дается полная свобода действий и свобода распоряжаться денежными средствами.

Я убрал чек в бумажник, забыв при этом поблагодарить за доверие.

— Когда вы приступите к работе?

— Я уже приступил, мистер Хоукс. Мне бы хотелось поговорить с вашим дворецким.

Хоукс подошел к двери и дернул за плюшевый пояс с бахромой на конце.

Беседа с Гилбертом, так звали этого удивительного старика, проходила в гостиной первого этажа. Перед тем как мы спустились вниз, дворецкий ознакомил меня с достопримечательностями дома. Я насчитал двадцать четыре комнаты. Правда, не могу сказать с уверенностью, что хороню запомнил план хитроумного строения.

— Хозяин сказал мне, сэр, что вы переедете в наше поместье, и велел мне приготовить для вас комнату. Любую на ваш выбор.

— Спасибо, Гилберт. Я полагаюсь на ваш вкус. Чем она будет меньше, тем лучше.

Я сидел за круглым столом, а старик стоял как солдат, вытянувшись в струнку.

— Присаживайтесь, Гилберт. Я ничего не смыслю в субординации, принятой в таких домах, и не очень разбираюсь в разного рода церемониях, которым вы следуете. Мне бы не хотелось официальных ноток. Я не веду протоколов и не предупреждаю людей о том, что каждое сказанное ими слово может обернуться против них на суде. Прошу вас, расслабьтесь немного. Я всего лишь частное лицо, которое постарается помочь найти вашу хозяйку.