– Второй, я – Пятый! Как слышишь?

– Слышу! Что у тебя?

– Бандиты применили дымовые заряды.

– Это я вижу! Где беглец?

– Так он в дым и рванул из парковой зоны.

– Значит, вы его не видите?

– Ни его, ни яхты, откуда по нам поливает пулемет. Хорошо, что пулеметчик не видит целей и бьет по площади. Но слепым огнем он лишает нас возможности атаковать судно.

– Надо воспользоваться моментом, когда у него кончатся патроны, и он будет менять коробку с лентой. Хотя автоматы сейчас не стреляют! Значит, они откроют огонь, когда захлебнется пулемет. Так, Ким, слушай приказ. Беглец наверняка уже добежал до яхты. Где она стоит, определить в дымовой завесе можешь?

– Примерно!

– Сажай по посудине из гранатомета!

– Принял!

Переключив станцию на режим «приема», Ким крикнул Бирюкову:

– Ваня! «Муху» к бою!

– Куда бить-то?

– Шест видишь?

– Слева?

– Да!

– Так вот, яхта находилась до задымления где-то метрах в трех-четырех правее!

– Я понял тебя, капитан!

Бирюков привел в готовность одноразовый переносной гранатомет «Муха». Через секунду кумулятивная граната ушла в облако дыма. Прапорщик стрелял, выдерживая направление, указанное Кимом. Прогремел взрыв. Пулеметная очередь смолкла, молчали и автоматы противника. Но силовая установка продолжала работать. Бирюков обернулся к Киму:

– Вроде попал!

– А движок?

– Так граната могла разорваться в рубке, тогда машинное отделение не пострадало.

– Возможно! Слушай меня, Ваня! Выходим к яхте или к тому, что от нее осталось. Три, два, один, вперед!

Капитан и прапорщик вскочили и бросились к причалу. Они уже почти миновали дымовую завесу, когда двигатель яхты взревел на повышенных оборотах и начал удаляться. Ким крикнул:

– Твою мать! Ни хрена не попали в судно. Уходит яхта!

И они убедились в этом, выскочив на причал. «Ласка» находилась уже у поворота реки и шла в сторону Переслава, вверх по течению.