– Он нужен нам живым?

– Желательно, но не обязательно!

– Понял! А вот, кажется, и он. Кто-то мелькнул среди кустарника. Если у него есть связь с яхтой, то ублюдки, что засели на судне, предупредят его. Да и канонаду перестрелки он прекрасно слышал.

– Все равно будет прорываться, другого пути у него нет. Раз беглец нарисовался, я прекращаю преследование и перекрываю ему возможность отхода к особняку и по берегу реки!

– Принял!

– Давай, Ким, осталось немного.

– Девушки все освобождены?

– Они вне опасности!

– Понял! Работаем, Второй! Конец связи!

– Конец!

Отключив станцию, Ким приказал Бирюкову:

– Держи в прицеле яхту, я займусь беглецом. Судя по всему, судно ждет его.

Прапорщик ответил:

– Есть! Выполняю!

Он припал к оптическому прицелу бесшумной снайперской винтовки «Винторез».

Из-за рубки показался боевик. Всего лишь на мгновение, оценить обстановку, но и этого хватило снайперу Бирюкову, чтобы всадить ему в череп девятимиллиметровую пулю. Корма огрызнулась пулеметным огнем. И следом на берег полетели дымовые шашки. Взрываясь, они поднимали облака дыма.

Бирюков крикнул Киму:

– Леня! Духи ставят дымовую завесу!

– Какие заряды применяют?

– Стелящегося дыма!

– Хреново!

– Что у тебя с беглецом?

– Затаился где-то, не могу найти!

– Ждет, сука! Пока берег не затянет дымом! Что будем делать, капитан?

– Попробуй подобраться ближе к яхте!

– Принял!

Прапорщик Бирюков вскочил, пробежал метров пять и вновь был вынужден упасть, так как с яхты ударил пулемет. На этот раз Али Бакоев не жалел патронов. Пули поднимали фонтаны земли по всей площади позиций Кима и Бирюкова. Этим воспользовался Кабадзе. Он вскочил с земли и рванул к причалу. Ким лишь на секунду успел зацепить взглядом ворвавшуюся в облако дыма одиночную фигуру. Выстрелить не смог. Включил радиостанцию, вызвал майора Гарина: