Однако не так-то легко сделать эти два шага к биноклю. Ыхлас понимал: если незнакомец заметит движение, то ручаться за свою жизнь нельзя. Именно так и вышло: едва он попытался дотянуться до бинокля, как человек стремительно оглянулся и вскочил на ноги.

— Ни с места!.. — молниеносно схватил «оружие», завопил Ыхлас каким-то чужим голосом.

Незнакомец растерялся, приняв зажатый в огромной лапище Ыхласа бинокль за пистолет, поднял руки и попятился вверх по лестнице, ведущей от подножия тумбы окуляра к площадке объектива рефрактора. Одним прыжком Ыхлас занял нижнюю ступень лестницы. Незнакомец успел подняться на восьмую. Дальше вверх пути не было! Мешал круг объектива, нацеленного в космос сквозь поляроидный купол.

Целясь в лоб чужаку, Ыхлас медленно одолевал ступени. Когда осталось всего три, он замер, выбирая момент для начала рукопашной схватки. Чужак нависал над ним подобно гигантской чайке, подняв вверх руки. Прошло мгновение — незнакомец беззвучно захохотал.

Ыхлас невольно опустил свое «оружие», чужак немедленно воспользовался его замешательством, прыгнул вниз — через голову штурмана! Четко прокрутил сальто вперед и приземлился. Затем выскочил из обсерватории.

— Сто-ой!.. — в досаде заорал Ыхлас и бросился вдогонку за ним.

Человек бежал по коридору, ведущему в Центральный пульт. Их разделяло с Ыхласом не более тридцати метров. Вскоре он скрылся за дверью рубки.

Ыхлас с ходу ворвался в рубку, там никого не было — не считая дежурного киборга. Тогда штурман кинулся к видеотелефону:

— Сергей... Тревога!

— Что у тебя стряслось?