— Ладны. Давай без войны. Сычас выходым. Мы без аружий.

«Всё что угодно, но не такой же идеальнейший для меня поворот событий? — сквозь густую траву девушка внимательно вглядывалась в красный „Пассат“, безуспешно пытаясь определить хоть малейшие признаки какой-нибудь каверзы. В том, что такая имеется, она не сомневалась. Ведь не спецом же явились сейчас сюда эти „герои“, чтобы вообще без сопротивления сдаться девице, за которой охотились? — Что бы я сделала в их положении? Скорее всего, выскочила бы из дверцы, ближайшей к кустам, и рванула бы напролом. Или попробовала бы даже на подбитой машине уйти с директрисы огня. Или каким-либо образом попыталась бы вынудить противника сделать еще несколько выстрелов, и тем самым проявить место, где он засел. Правда, мое предупреждение, что продырявлю им бак, нельзя не принимать всерьез. Так, и правда, легко можно взлететь в поднебесье. И всё же, с какой стороны ни взгляни, а сдаваться настолько безропотно не к лицу даже малолетним бакланам, не говоря уже о кавказских бандюгах, вооруженных скорострельными „Кипарисами“. Нет, всё-таки есть у них что-то в заначке, иначе не стали бы корчить из себя таких покладистых и деморализованных…»

— Нэ стрэлай. Мы выходым, — прервал ее размышления голос Шалвы.

И она чуть не крикнула: «Нет». Шестое чувство буквально надрывалось, внушая ей, что, как в шахматной партии, ей сейчас подставляют фигуру, которую вроде бы просто глупо не взять. Но возьмешь, и уже через несколько ходов получишь тонко спланированный соперником мат.

«Прекрати!!! — во весь голос кричала ее интуиция. — Меняй тактику! Дай очередь по бензобаку «Пассата», и если при этом он не взорвется, прикажи его пассажирам пока сидеть и не рыпаться, а сама отходи в кусты, еще раз пытайся по трофейному телефону вызвать подмогу. Наконец, придумай что-то еще. Но не вздумай совать задницу в то, на что так охотно согласились те двое. И вообще, откуда у тебя взялась такая уверенность, что в «Фольксвагене» их только двое?..»