— Где?.. — прохрипела Джеймс, раскашлялась, махнула тощей рукой в сторону зияющего распахнутой крышкой гроба Сарасти.
Губы Шпинделя хрустнули в слабой усмешке.
— На фабрику вошел, а? Может, хочет приказать кораблю газончик для нас сделать? Эх, отдохнем…
— Вероятно, совещается с Капитаном.
Бейтс громче хрипела, чем говорила, — сухо шелестела гортань, еще не осмыслившая заново идею дыхания.
Снова Джеймс:
— Можно было и здесь.
— Отлить тоже можно на месте, — скрипнул Шпиндель. — Не все стоит делать на людях, а?
И не все стоит выносить на люди. Немногие люди без трепета способны скрестить взгляды с вампиром — неизменно вежливый Сарасти именно по этой причине избегал смотреть собеседнику в лицо — но в его топологии были и другие грани, общие для всех млекопитающих, а значит, прозрачные для синтета. Если он скрылся с глаз — возможно, что и с моих. Возможно, хотел сохранить тайну.
В конце концов, «Тезей» свою хранил.
* * *Корабль пролетел добрых пятнадцать а.е.
Восстановить ход событий было легко; курс наш открывался каждому через КонСенсус. Вот почему корабль двигался столь странным маршрутом — дело другое. Без сомнения, в ходе послереанимационного совещания все разъяснится. Мы далеко не первый корабль, который изменил направление, повинуясь секретным приказам, и если бы нам всенепременно требовалось знать, почему — мы бы уже знали. И все же мне было интересно, кто закодировал логи связи с Землей. ЦУП, быть может. Или Сарасти. Или сам «Тезей», если уж на то пошло. Легко забыть, что в сердце корабля прячется квантовый ИскИн, ведь он так благоразумно держался в тени, лелеял нас, и нёс, и пребывал во благовременье, словно ненавязчивый вседержитель, по божескому обыкновению не отвечая на наши молитвы.