Корабли - во! Левиафаны! А что имеют разведчики? Разведчики побираются на космодромных складах. Где - канистру мезотоплива, где коробку передач на гипердвигатель... - Ай-яй-яй,- сокрушенно отозвался аксакал. - Ну а как быть, если мы на свою голову наоткрывали планет примерно раз в пятьсот больше, чем в состоянии освоить? Подрубили под собой сук. Данные разведки теперь сваливаются Полубояринову просто под стол, в корзину. Думаете, почему мы вашу планету назвали Землей Григория Полубояринова? Из грубой лести. И думаете, поможет? Черта с два. Григорий - человек железный. А наш "Молинель" - одной радости, что в четыре ваших сосны. А поглядеть на него в общем ряду современного космопарка - гроша ломаного он не стоит. - Послушайте, Стефиафан,- задумчиво проговорил боят, выдергивая травинку из своей плетеной юбочки и принимаясь ковырять ею в зубах.- Хотите, я вам выращу дерево вдвое выше вашего "Молинеля"? И на нем можно будет летать. Хоть к звездам. - Нет,- сказал я,- премного благодарен, но не стоит. Летать в деревянных лодках - об этом я в детстве что-то читал. Это неуютно и, главное, несовременно. Корабль должен быть из приличного звездного сплава. Но вот с металлами у нас зарез. - Правда? Но ведь на вашей планете должно было скопиться громадное количество металлических денег. Теперь они не нужны, так почему бы не переплавить их на космолеты? Я только тут сообразил, что меня никогда не интересовала судьба столь бездарно потраченного человечеством металла. Куда же подевались монеты? Ведь даже в музеях лежали только их голографические копии. - Уже куда-то потратили,- горестно вздохнул я.- Ну а если бы и нет, то все равно, на наш разведсектор полушки медной не выделили бы. Скупердяи. - Дети, дети...- пробормотал старец.- Твой непотребный напиток готов, дитя Земли. - Почему - непотребный? - обиделся я не за себя, а за сказочный зеленый чай, который ввел у нас в моду наш штурман Темир Кузюмов.