Он кивнул, но взгляд его стал нетерпеливым, как у кого-нибудь из малышей, когда он выкинет какую-нибудь штучку, и ждет, когда она до тебя дойдет. Не обидную штучку, а смешную, забавную.

- И я слишком старый?

Глядя на меня, он покачал головой.

Небо голубое

Все, но не с тобою.

Голубое небо... Снаружи! Но небо давно уже не было голубым - оно было грязным, отравленным. Весь мир Снаружи был отравлен. Мы слышали предупреждения из говорителей каждый раз, как доходили до старых запечатанных ворот. Голубого неба нет - и никогда не будет. И если Марси Снаружи... умирает...

Я указал на него, как он указывал на малышей. Я не знал его игры, но мог попытаться сыграть в нее, и если это единственный способ найти Марси - я в нее сыграю!

- Я слишком большой - может быть, и я слишком старый может быть. Но я могу стараться до тех пор, пока не получится! Даже если тогда я превращусь уже в такое старичье, как ты! Поэтому...

Я отвернулся от него и пошел прямо к той линии цветных плит, по которой шли они, и встал там, а он смотрел, слегка склонив голову набок, словно прислушивался, но не ко мне. Под моими ногами вспыхнули огни. Он все время смотрел. Я собирался показать ему, что буду делать то, что сказал - ходить взад-вперед, пока не провалюсь через дыру в полу.

Однако я прошел, и ничего не случилось. Поэтому я развернулся, вернулся назад, готовый начать сызнова.

- В этот раз, - произнес я, - ты скажешь громко и ясно ты скажешь все, как в прошлый, когда ушли малыши.

Сначала он затряс головой, отступил назад и замахал руками, отгоняя меня. Но я стоял, не двигаясь. Я почти боялся, что он исчезнет, что меня бросят одного в этом огромном пустом зале, где не откроется для меня никаких ворот. Но теперь он не выкинул этого фокуса с исчезновением.

- Орри... - подсказал я.

Наконец он вздрогнул. Видно было, что он понимал - я в растерянности. Да, так оно и было. Поверить - значит увидеть, правда? Я старался думать, что это поможет мне так же, как малышам, и пошел по этим мигающим плитам. Считалка наставил на меня палец.

- Эрри, орри, дин и дон.

Я закрыл глаза. Это должно привести меня к Марси. Я должен - поверить - и отчаянно цеплялся за это.

Тише, мыши, Николас Джон.