Мы их сочли совсем.

Ответ за тобой,

Который цвет твой?

Он указал на меня. Похоже, он ожидал какого-то ответа. Он что, имел в виду плиту, на которой я сидел? Если так - она была красная, он и сам мог это видеть. Правда, если он налопался таблеток - тогда, конечно, никаких цветов не разбирает.

- Красный, - сыграл я наудачу. Может, сумею задержать его разговором, пока не придут парни, хотя на это надежды мало Шиму предстоит пройти долгий путь.

Ты слишком большой,

Дверь слишком мала.

Путь этот - не твой.

Такие дела.

И снова покачал головой, словно по какой-то причине вправду жалел меня.

- Слушай... - я старался быть терпеливым, как с Алом, когда от него обязательно нужно чего-нибудь добиться. - Марси была здесь. Ты указал на нее - она исчезла. Где она теперь?

Он снова запел:

Строй из камня, кирпича,

Кирпича, кирпича.

Вот опора - так крепка,

Простоит она века...

Как-то он дал мне понять, что все его песенки имели смысл, если я сумею его найти. И этот намек, что я уже слишком большой...

- Почему я слишком большой? - спросил я.

А и Б сидели на трубе.

Скажи, который год тебе?

Марси была малышкой. Маленькой, юной. Она подходила. Ему нужны были малыши. Я был слишком большой, слишком старый.

- Не знаю... возможно, мне около шестнадцати... я так думаю. Но мне нужна Марси...

Он начал приплясывать, будто собирался в танце закружиться по залу, но при этом продолжал смотреть все тем же странным выражением "как-мне-тебя-жаль".

Увидев, поверить - не поймешь!

Увидев, поверить - не пройдешь!

Уверовать - это удача.

Поверив, увидеть - вот в чем задача.

Я попытался в этом разобраться.

Увидев, поверить, поверив, увидеть...

- Ты хочешь сказать... малыши... они могут поверить во что-то, даже не видя это? А я... я не могу поверить, пока не увижу?