Затем он отвесил мне поклон и произнес нечто, в чем смысла было не больше чем у Ала, дошедшего до ручки.

Гуси, гуси, га, га, га!

Есть хотите? Да, да, да!

Я оставил заточку за поясом, но это не значит, что я не мог ее достать. Я легкий, но быстрый, и могу уделать любого парня в нашей орде. Они слишком долго думают, прежде чем прыгнуть. Он все еще разглагольствовал, когда я на него бросился.

Это было - словно врезаться головой прямо в стену. Я и пальцем до него не дотронулся, просто отлетел назад и свалился на пол с таким грохотом, что вокруг меня ветер поднялся. А он все так же стоял, хладнокровно, как сосулька, и покачивал головой, будто не верил, что какой-то парень может быть так глуп, чтобы наброситься на него. Хотел бы я теперь на худой конец иметь пыхалку, но у меня давно уже никакой не было.

Раз, два, три. четыре,

Три, четыре - чудеса.

Все хорошие детишки

Попадут на небеса.

Раз, два, три, четыре.

Три четыре - дальше пять.

Всем плохим детишкам

Придется подождать.

Мне не хотелось стукаться головой во второй раз. Так его не взять, во всяком случае, не голыми руками. Сидя на полу, я взглянул на него. Потом понял, что он старикан - взаправду старикан. Все лицо у него было в морщинах и, хотя вокруг головы у него имелась реденькая бахрома седых волос, макушка была совсем лысая. Все остальное тело у него было закрыто этими сверкающими одежками. Я никогда еще не видел таких старых, кроме как на записи - он словно вышел из движущихся картинок.

- Где Марси?

Если старикан - Ал, возможно, он сумеет мне ответить. Иногда от Алов этого можно добиться.

Есть цвет один на свете

И есть другой, и третий.

Их дальше можно счесть:

Четыре, пять и шесть,

Всего их будет семь,