Вика включила телевизор и крепко прижала к себе дочку. Видимо, слишком крепко, потому что Юленька недовольно заерзала у нее на руках.

— Пусти, — наконец сказала она.

Вика усадила ее рядом с собой.

— Давай вместе телевизор смотреть.

— Я хочу мультики!

Юля смешно наморщила носик и капризно надула губки.

— Не сейчас, моя хорошая. Чуть попозже. Маме надо посмотреть одну передачу, а потом будем вместе смотреть мультики!

— Ты со мной их смотреть будешь? — обрадовалась дочка.

— Непременно, — заверила Вика и вздохнула. — Непременно.

— Мама, — Юля была в том возрасте, когда усидеть на месте, да еще и молча ну просто невозможно. — Мама, а почему у тебя на работе нельзя мультики смотреть?

Вика работал продавщицей на строительном рынке. У нее было хорошее образование, но устроиться на приличную работу не получилось — какое же предприятие захочет вкладывать ресурсы в работника, зная, что срок жизни того истекает так скоро. Но, слава богу, стоять за прилавком ее все-таки взяли.

Разумеется, заработок был мизерным. Денег, чтобы оформить дочку в детский сад, не хватало, и потому Юленька проводила целые дни вместе с мамой в душном павильоне рынка. А Вика, прекрасно понимая, как отчаянно плохо ее ребенку, ничего не могла поделать. И вообще, казалось, что жизнь состоит исключительно из вещей, которые нельзя изменить.

Вике хотелось посвятить без остатка недолгие дни, отведенные ей, своей маленькой девочке. Хотелось проводить с ней каждую секунду — читать сказки, гулять во дворе, петь колыбельные… Но больше всего на свете хотелось ее вырастить. Судьбе же до того не было дела. Вике приходилось брать Юлю с собой на работу и уделять долгие часы покупателями, а не дочке. Что до мечты вырастить ее… Вика горько вздыхала — ей оставалось только представлять, какой станет ее Юленька в десять, пятнадцать, двадцать лет. Увидеть это ей было не суждено.