Гнева в его словах уже было меньше, что позволило Гашаге мысленно вздохнуть с некоторым облегчением.

– Есть сведения, что они все живы – уверенно сказал Гашага, хотя, на самом деле, такой уверенности у него не было.

– Рассказывай! – велел Владыка, поудобнее умащиваясь на своих подушках.

– У меня в термине, общежитии для студентов, есть человечек, – начал Гашага, – с виду простой студент, но на самом деле он далеко не прост. Зовут Санар. Я дал ему задание присматривать за нашими гостями.

– Значит, я тебе поручаю за нашими гостями присматривать, а ты, преступно заметь, перекладываешь это на другого? – хмуро осведомился Владыка. – Хорош! Ну-ну, продолжай!

– Ночью они все ушли в дом Хултуфа ас Тутуса. Брови Хевлата поползли вверх:

– А этот болван тут причем?

– Его сын проходит обучение в академии, Владыка.

– Разве у него есть магический дар?

– Есть, хотя, очень небольшой. Но ваш Указ предписывает всем детям придворных проходить курс Академии.

– Это какой Указ? – недоуменно поднял голову на Гашагу Владыка.

– Вот!

Гашага, пробормотал заклинание вызова и щелкнул пальцами. В его руках появилась планшетка, в которую был вставлен Указ. Гашага, с поклоном, протянул ее Хевлату. Тот резко выхватил планшетку и уставился на нее, как будто в первый раз видел. Но постепенно до него стало что-то доходить. Изумление в глазах уступало место гневу. Брови нахмурились. Ноздри носа начали раздуваться. Палач, предано смотрящий на Владыку, сделал стойку, как отлично вышколенный охотничий пес. Ах, негодяй! – взревел Владыка.

Палач уже вплотную приблизился к Владыке и шумно сопел ему в темечко. Владыка, не оборачиваясь, отпихнул палача и пробурчал:

– Расслабься! Я секретаря отдал тебе еще третьего дня. Хм, не зря значит отдал. Вот видишь, недаром меня называют справедливым! Подсунул стервец этакий, среди прочих бумаг, а я подписал не глядя. Змею пригрел на груди! Жаль, что сразу не знал. А ты чего мне об этом не сказал? Взгляд Владыки грозно уперся в Гашагу.