– Я, Владыка, твой смиренный слуга, – с достоинством сказал Гашага, хотя и весь дрожал внутри. – Твои Указы надобно исполнять, а не обсуждать.

– Хм, правильно мыслишь! – сменил гнев на милость Владыка и обратился к писцу:

– Ты запиши эту умную мысль, об отношении к моим Указам. Только, как будто это я сказал. Да, а причем тут Тутус?

– Он попытался оскорбить наших гостей, – осторожно сказал Гашага.

Владыка посидел некоторое время в задумчивости, вспоминая свою встречу с этими студентами. Наконец, он хищно улыбнулся:

– Он что, придурок?

– Вы мгновенно уловили суть, Владыка, – ввернул комплимент Гашага. – Несмотря на мои строгие рекомендации, Отец и сынок попытались отомстить за невинную шутку, которую наши гости позволили себе в ответ на оскорбление.

– Мстить? – Хевлат откинулся на подушки. – Я, знаешь ли, тоже люблю пошутить. Он что, и мне мстить будет? А уж мой новый палач, так вообще заядлый шутник. Слышишь, палач? Ты любишь пошутить?

Палач часто закивал головой, поглаживая рукоять своего страхолюдного меча.

– Так вот, сейчас тебе доставят двоих чудаков, которые шуток не понимают. Ты уж постарайся, научи их разбираться в юморе.

Палач, выпучив от усердия глаза, еще чаще закивал головой. Гашага даже забеспокоился, как бы она у него не отвалилась.

– Увы, Владыка, – вздохнул Гашага, – двоих не получится. Старший Тутус отправился к Куктуну, куда, впрочем, ему и дорога. А младший, наверное, уже не сможет смеяться, да и говорить тоже не сможет, а питаться ему предстоит всю жизнь, только через трубочку.

– Жаль! – искренне опечалился Владыка. – Опять мой палач остался без работы! Что там произошло?

– После того, как на пару студентов напали наемные убийцы, которых нанял Тутус, студенты всей группой решили нанести им визит.