Но в тот день, когда мы легли на окололунную орбиту, разразилась катастрофа, и все полетело в тартарары. А началось все с нелепого инцидента: Кларк Ортис явился в рубку вдребезги пьяным.

До сих пор не понимаю, каким образом ему удалось протащить на борт спиртное в количестве, потребном, чтобы упиться до подобного состояния. Думаю, здесь сказалась его непривычка к алкоголю: насколько я помню, Ортис никогда не пил и умудрился остаться единственным трезвым парнем даже на пирушке по случаю окончания Школы Космогации. И вот теперь этот трезвенник ввалился в рубку, мыча, икая и тщетно пытаясь связать воедино кровоточащие обрывки фраз, состоящие почти из одних ругательств.

Признаюсь тебе откровенно, Джимми, я растерялся. Я готовился грудью встретить любую неожиданность, какую мог преподнести людям коварный космос — но к подобной внештатной ситуации оказался абсолютно не готов.

Помню, я схватил бортинженера за рукав, оттолкнув его от пульта управления, на который тот чуть было не рухнул…

И тогда Ортис набросился на меня буквально с пеной у рта: впервые он выплеснул на меня всю свою ненависть, о силе которой я далее не подозревал.

— Ты всю жизнь об… обворовывал меня, с… сукин ты сын! — сжимая кулаки, кричал Ортис. — Ее… ели бы не ты, Райт, я бы с… стал капитаном «Челленджера»!.. Д-для чего я, по-твоему, женился на этой глупой телке — чтобы снова оказз… оказаться вторым?! Ну уж н-нет! Не выйдет, Джулиан! Ни… ни черта у тебя н… не выйдет! Я н-не позволю тебе и дальше п-при-сваивать то, что по праву п-принадлежит мне! Только мне одному и н-никому больше, слышишь?!..

— Ну-ну, мой мальчик, — ласково промурлыкал Нортон, по праву врача перехватывая у меня инициативу. — Давай-ка я отведу тебя в каюту, а завтра утром, когда ты проспишься, мы спокойно обсудим все твои проблемы…

Ортис вырвал из рук Нортона свой локоть и разразился безумным хихиканьем.