Вызвал на козырек часы — оказалось, что смена моя давно прошла. Можно было бы отправиться домой, но там Сольвейг, и если ее не ублажить как-то, мне предстоит малоприятный вечерок. Думаю, за дурацкий спор с Мерриллом она еще два дня на меня будет дуться.

Придумал! Подарю ей что-нибудь… То есть вполне понятно, что. Женские безделушки, какими принято покупать расположения прекрасного полу, ей до лифта. Новых сенз-клипов под ее вкус пока не выходило, иначе мой сьюд-торгаш, любезно предоставляемый глосом, не преминул бы известить — три раза, под фанфары, словно, расплачиваясь за покупку, я делаю лично ему бог весть какое одолжение. Ну, хоть базар он фильтрует, иначе мне бы весь инфор рекламой замусорило.

Единственное, на что может поддаться моя коллега — это очередное пополнение ее драгоценной коллекции. Почти каждый лунарь что-нибудь собирает — программы, впечатления, женщин, камни (очень популярное развлечение, и доходное, если заниматься им профессионально — лунные драгоценности, непохожие ни на что земное, ценятся весьма высоко, и если не пожалеть денег, чтобы переправить пару кристаллов в метрополию, можно стать богачом), еще что-нибудь. Сольвейг коллекционировала Артефакты. Большей частью ее коллекция состояла, конечно, из голокопий предметов крупных и известных — новатерранского Колизея, искрильников, сирианских Пузырей и колоссов — но были и оригиналы: несколько штуковин, которые в среде прекурсологов обзывались, за неимением лучшего слова, статуэтками. Правда, этакий подарочек прорежет в моем виртуальном кошельке изрядную дыру, — даже сканы интересных предметов стоят ошеломительно дорого — но чего не сделаешь ради дружбы?