— Ну вот, — констатировала с сожалением, — вижу, вы не опробовали еще одну классику жанра!

— Какую?

— Не вскрывали вены. Кстати, а вы знаете, почему это делается в ванной, заполненной горячей водой?

Она вышла с балкона и пошла вдоль стены мимо медленно варившейся тусовки. Против воли увлеченный абсурдной и какой-то… больной темой разговора, Глеб плелся следом. Входя в лифт, сказал угрюмо:

— Чтобы тело распарить? Ну, чтоб не больно было резать?

— Учите матчасть, дилетант! — презрительно заметила женщина. — Чтобы кровь не сворачивалась — то есть не остановилась прежде, чем клиент отдаст концы!

Они вышли в душную и влажную ночь. Грозило грозой. Женщина посмотрела в обе стороны пустынной улицы.

— Вам куда?

— Да мне… — сказал Глеб, запихивая кулаки в просторные карманы джинсов и пожимая плечами. Он как-то потерялся — словно все-таки спрыгнул и даже слегка разбился, и пока не мог собрать осколки себя прежнего.

— Ну раз вам все равно, проводите меня! — поняла и велела ему женщина. Не попросила, а именно велела. — Мы ведь не обсудили все неиспользованные вами способы!

Глеб фыркнул:

— А вы что, их все на себе опробовали? Или вы состоите в каком-нибудь… клубе самоубийц?

Женщина широко зевнула и прикрыла рот ладонью.

— Не-а. Я просто хирург и навидалась вашего брата. Да и вашей сестры — тоже.

Она почувствовала, как он вдруг ощетинился — чуть ли не отшатнулся — и, покосившись, добавила:

— Если вы боитесь уколов или клизмы — даже не надейтесь, не поставлю. Да и вообще, я уже ушла из медицины.

Через пару десятков шагов парень спросил:

— А вы маг?

— Не-а. А вы?

Первый, второй, третий шаг…

— Нет.

Интересно тогда, откуда вдруг этакая пауза? Сам в первый раз в жизни задумался, не маг ли он на самом деле?