Тиссель виновато -- под маской -- улыбнулся: да уж, близкими друзьями их с конюхом никак не назовешь. Ладно! Некогда перебирать инструменты. Будем надеяться, что этот конюх флегматик.
Тиссель взял второй аккорд и, играя настолько убедительно, насколько позволяли ему волнение, одышка и неискусность, пропел:
-- Сээр Конюх, я безмерно нуждаюсь в резвом скакуне. Позвольте его из вашего стада избрать.
На конюхе была непонятная Тисселю маска: сложное сооружение из блестящей коричневой ткани с серыми кожаными складками; высоко на лбу располагались два больших ало-зеленых шара. Конюх долго, не отрывая взгляда смотрел на Тисселя. Затем он медленно, явно подчеркивая свой выбор, прикоснулся к стимику**, умело извлек из него ряд великолепных трелей (Тиссель не сумел уловить их смысл) и пропел:
-- Сээр Лунный Мотылек, боюсь, мои лошадки не подойдут такой персоне знатной!
Тиссель, по-прежнему играя не ганге, с горячностью возразил:
-- Они как раз подходят; я спешу и с благодарностью приму любую.
Играя все быстрее и громче, конюх запел:
-- Сээр Лунный Мотылек! Грязны и тощи кони. Мне лестно, что до них вы снизошли. Я недостоин столь высокой чести. И к тому же,-- тут раздался ледяной звон кродача***,-- никак я не припомню: что за приятель и соратник старый бренчит на ганге столь бесцеремонно?
Намек ясен -- животное он не получит. Тиссель развернулся и со всех ног бросился к космопорту. За спиной слышалось клацанье химеркина. Звал ли конюх своих рабов или потешался над Тисселем -- выяснять было недосуг.
Прежний Представитель Консульства Внутренних Планет на Сирене был убит в Зундаре. В маске Молодца из Таверны он осмелился приставать к девице, украшенной лентами Экваториальных Отношений. Этот промах стоил ему головы, которую отрубили Красный Демиург, Солнечный дух и Волшебный Шершень. Эдвера Тисселя, недавно окончившего Институт, назначили его преемником и дали три дня на подготовку. По натуре рассудительный и осторожный, Тиссель воспринял новое назначение как вызов. С помощью гипноза он выучил сиренийский язык и нашел его довольно легким. Затем он принялся за Журнал Всеобщей Антропологии, где прочел следующее: