Впрочем, люди не ограничивались Городом. Они добрались и сюда.

Услышав шум работающих моторов, я резко поднялся. Николай сцепил руки на груди, потом убрал их за спину и в конце концов засунул в карманы брюк. Ботинок, стоявший на ящике, выбивал судорожный ритм.

Через некоторое время машины появились весомо и зримо.

И я нахмурился. Первым шел сверкающий на солнце джип. Метрах в десяти за ним следовал белый микроавтобус «Форд-Транзит». Целая экскурсия. У меня появились нехорошие предчувствия. Что им было не появиться вчера вечером, когда Генрих навязал мне это дело?

— Ты вот что... — хрипло произнес Николай. — Ты немного спрячься, что ли.

Не знаю, что он подразумевал под «немного спрячься», но схожие мысли посетили и меня. Если загадочные «они» едут на встречу с одним Николаем, то мне неразумно бросаться навстречу и нарываться на рукопожатия. Я сел на переднее сиденье «Оки». Немного подумал и поставил на соседнее сиденье спортивную сумку. И расстегнул замок. Просто так. На всякий случай.

А Николай медленно зашагал навстречу машинам. Как-то он сразу ссутулился, еще больше потерял контроль над руками, которые теперь болтались вдоль боков совершенно неприкаянно, как у клоуна.

Я сполз по спинке сиденья, чтобы видеть происходящее, но не быть увиденным.

А правая рука как-то сама собой легла на металл «Калашникова». Вот дурная привычка. Если рядом лежит оружие, обязательно нужно его потрогать.

Машины остановились. Из джипа стали выходить люди, и, увидев первую же квадратную рожу в черных солнцезащитных очках, я озабоченно покачал головой. «Эти» и впрямь оказались серьезными ребятами. Широкоплечие, с короткими стрижками, самоуверенные. Челюсти мерно работали, пережевывая, наверное, «Стиморол». Ребята заботились о своем кислотно-щелочном балансе. Они вообще заботились о своем здоровье. Не иначе и «пушки» для этого захватили.