Вивьен предположил, отвернувшись к окну:
— Возможно, ты видела его на площади? Он там частенько сидит.
Она помолчала, рассеянно глядя на мой шрам.
— На площади? На какой площади, Виви? Честное слово, эту из твоих шуток я не поняла.
— К сожалению, я не шутил.
Женщина измученно вздохнула:
— Я сегодня очень мало спала и плохо соображаю. Сейчас наш уважаемый больной попробует пройтись от кровати до стены, а мы посмотрим, что получится.
Я взял с тумбочки свои шорты.
— Опять она плохо спала… — задумчиво продекламировал Виви. — Опять ее предали сны…
Ведьма-целительница внезапно встала, закусив губу, сделала два легких шага и закатила начальнику полиции хлесткую пощечину.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Терраса закончилась спуском к бульвару, и вот тут-то, перед самыми ступеньками, расположились эти чудаки. Мужчина и женщина, оба седоватые, оба дрябловатые, они стояли, подставив солнцу свои лица, и размашисто поворачивались — влево, вправо, влево, вправо. Туловище поворачивалось вместе с головой. Один глаз был прикрыт ладонью, а второй — бесстрашно открыт. Эти двое смотрели на солнце, ловили единственным открытым глазом прямые солнечные лучи (глаз часто-часто моргал), но как бы украдкой, лишь на мгновение погружаясь в море слепящего пламени. Мы молча проследовали мимо, только потом я полюбопытствовал:
— Их что, тоже из какой-нибудь больницы отпустили? Не поторопились ли?
— Это вампиры, — пояснил мой собеседник.
— Настоящие? — обрадовался я.
— Боюсь, что нет. Приклеилось к этой группе такое название, я уж и не помню, из-за чего.
— А зачем они смотрят на солнце?