Она не понимала.

- Я хочу сказать... Предположим, человек живет в своем квартале и никогда из него не уходит. Он очень большой. Улавливаешь? Поставь его и этот квартал рядом, вот как на столе, и будет видно. - Для наглядности Тед пальцем нарисовал на влажной поверхности стола круг и точку. - Но предположим, он разъезжает по всему городу, и тогда он вот какой в сравнении с ним. Или с земным шаром, с солнечной системой...

- Да, - сказала она.

- Но если он отправляется куда-нибудь к черту на рога, вроде Альфы Центавра, и - он сложил вместе кончики большого и указательного пальцев, месяцами сидит там один-одинешенек, что от него остается? - Он сунул сжатые пальцы ей в лицо. - Он вот такой крошечный. Он ничто.

Локоть Теда стоял на столе; большой и указательный пальцы у самого лица Джун. Она мягко накрыла их ладонью.

- Нет, ты послушай... - он стряхнул ее руку. - Что остается, когда ты такой маленький? Что остается?

- Ты, - сказала она.

Он затряс головой.

- Нет! Меня нет. А что делать? Но что я могу, когда я такой большой? Он стиснул ей руку. - Я маленький и способен только на малое. Все, что я делаю, слишком мало...

- Пожалуйста, - свободной рукой она тихонько пыталась разжать его пальцы: - Мне больно...

- Я могу любить, - сказал он. - Я могу дарить любовь.

Она замерла. Подняла глаза и встретила его пьяный взгляд.

- Сколько тебе лет? - прошептала Джун, вглядываясь ему в лицо чуть ли не с отчаянием.

- Двадцать пять.

- Столько тебе не дашь. На вид ты... моложе, чем я.

- Какая разница, сколько мне лет! Важно, что я могу сделать.

- Пожалуйста, - попросила она. - Моя рука... Ты слишком сильно жмешь.

Тед отпустил ее.

- Извини. - Он вернулся к своему бокалу.

- Нет, расскажи дальше, - она растирала занемевшую руку. - Как ты его вывез?