— Сносно, — выдавил я, ничуть не смущаясь, тому, что соврал.

— Неплохо вы вчера погуляли, весь дом стоял на ушах. Думаю, теперь почти все твои гости будут вспоминать об этом вечере по фотографиям.

— Уж это точно, — не сумел не улыбнуться я в ответ.

— Ты ко мне зашел по какому-то вопросу? Так спрашивай, не томи.

— Отец, я… хотел бы узнать о той девушке, что вчера приехала с тобой.

Реакция родителя на это меня очень удивила, ровно, как и слова, которые он произнес, спустя миг после странного замешательства.

— Забудь о ней, — сказал он, немного резче, чем следовало. — Повеселились, и хватит. Больше ты ее все равно не увидишь.

Я замер от удивления, и не в силах произнести что-нибудь внятное.

— Но… но, я…

— Не накручивай себя, сынок, — перебил меня отец. — Я все вижу. Не дурак.

— Я влюбился в нее…

— Знаю, — он покачал головой и с раздражением отвернулся. — Но тебе ведь известно кто она? Проститутка. Я привел ее с подружками для тебя и твоих друзей. Тебя это не смущает?

— Нет. Я ее люблю, — упрямо выговорил я. — Я хочу с ней быть. И точка.

Отец резко развернулся. Его лицо исказилось от гнева, и покраснело.

— Она робот! — крикнул он. — Ты об этом знаешь? Она игрушка! Кусок железа, неотличимый от нас! Она не че-ло-век!

Я замер, пораженный этими словами. Внутри что-то упало, а во рту стало горько. Робот, с плотью и разумом, которого невозможно внешне отличить от человека. Я слышал о таком. Мой лучший друг, Илай, работал над созданием таких роботов. Мир вокруг меня закружился, и я оперся рукой о стенку.

Я…, я не знал, что мне делать. Внутри вдруг вспыхнула невыносимая боль потери, словно какую-то часть меня вдруг беспощадно отрезали, и выбросили, гнить неподалеку.