И вот однажды она отправилась к матери, чтобы пробыть там два дня. Но, выехав из дома, она вспомнила, что забыла приготовленные ею для матери лекарства. Поэтому она повернула обратно.

Ей следовало бы давно уже понять все.

Вернувшись домой, она поднялась сразу на второй этаж, чтобы взять лекарства. Услышав в спальне голоса, она рассеянно, как это часто бывало с ней, пошла туда, чтобы посмотреть, кто там был. И была шокирована.

Она застала их за весьма активным занятием. Более чем активным. С ним была одна из ее подруг, их общая знакомая.

Встретив их устрашающе-пристальные взгляды, Сага невольно прикрыла глаза. Потом она повернулась и вышла, и любовь, которая и так не была особенно пылкой, окончательно и бесповоротно умерла.

Она пыталась унять бурю чувств, поскольку это было ей не свойственно. Она поехала к матери и, бледная, как мел, сказала, что простудилась, и поэтому останется на ночь.

Через день она отправилась «домой». У Леннарта было время, чтобы обдумать все. Женщины, разумеется, уже не было, и он решил вести себя агрессивно. Нападение — это лучшая защита, считал он, и принялся порочить Сагу, сваливая все на нее. Что принес ему этот брак? Жить в ящике со льдом — и это ему, с его чувственностью!

Что могла ответить ему на это Сага? Их интимная жизнь всегда была пристойной, сдержанной, и это происходило не слишком часто. Наклонив голову, она тихо сказала, что не обладала особой страстностью, но пыталась компенсировать это неизменным радостным дружелюбием и заботой о том, чтобы повседневная жизнь его была приятной.

— И ты думаешь, что этого достаточно? — враждебно спросил он. — Конечно, ты очень милая, но ты была для меня всего лишь домоправительницей!

Он был несправедлив. Домоправительница не смогла бы устроить все так, как это делала она, взять хотя бы эти многочисленные обеды для высокопоставленных лиц и других важных персон…