– Центру управления системы Ализон, говорит капитан Джавитс. Ваши космические предприятия на Трегарт-Альфа окажутся в пределах досягаемости моих ракет через двадцать семь минут… считая с данного момента. Вектор моего движения не даст мне возможности уровнять с ними скорость или выслать на них абордажные команды и я уведомляю вас, что открою огонь по ним, а также по любым добывающим судам в пределах досягаемости моих ракет через двадцать девять минут.

Джавитс ещё раз с твёрдой свирепой усмешкой поглядел на свой терминал. Затем снова включил микрофон.

– Советую вам начать эвакуацию немедленно, – произнёс он. – Джавитс, конец связи.

– Так как вы оцените наши результаты, адмирал? – спросила президент Элоиза Причарт.

Президент – привлекательная платиновая блондинка – для этого совещания прибыла в Октагон, мозговой центр военной машины Республики, и, не считая её телохранителя, она была единственным гражданским в громадном зале для совещаний. Глаза всех присутствующих были прикованы к огромному голографическому дисплею, проецировавшему над столом, в воздухе, запись тактического дисплея Бертрана Джавитса.

– Наилучшая оценка данных наших разведывательных платформ состоит в том, что рейд капитана Джавитса уничтожил порядка восьми процентов – вероятно несколько меньше – добывающей промышленности Ализона, госпожа президент, – ответил контр-адмирал Виктор Льюис, директор Департамента Оперативных Разработок. Благодаря традиции, чьи истоки были забыты ввиду почтенного возраста, Разведка Флота подчинялась департаменту оперразработок, который, в свою очередь, подчинялся Бюро Планирования вице-адмирала Линды Тренис.

– И оправдывает ли это понесённые потери? – продолжила президент.

– Да, – раздался другой голос и президент перевела взгляд на коренастого адмирала с каштановыми волосами, который сидел во главе стола. Адмирал Томас Тейсман, Военный Министр и главнокомандующий флота, спокойно встретил её взгляд.