– Понимаю. – Причарт отхлебнула кофе, а Тейсман посмотрел на неё, тщательно спрятав улыбку. Это был почти максимум того, как президент готова была использовать свое положение в пользу Хавьера Жискара, любовник он ей там, или нет.

– А расчеты Льюиса? – продолжила она спустя секунду. – Ты испытываешь такую же уверенность в них?

– В той части, которая касается дел у нас – абсолютно, – ответил он. – Людские ресурсы будут узким местом ещё примерно семь месяцев. К тому моменту программы тренировки запущенные Линдой и Шэннон на местах должны начать давать нам большую часть потребного персонала. Ещё спустя несколько месяцев мы начнём выводить в консервацию корабли стены старого образца, что обеспечит экипажи для новопостроенных кораблей по мере их схода со стапелей. Нам всё ещё будет не хватать офицеров – особенно опытных флаг-офицеров – но нам удалось заложить неплохую базу за время прошедшее между заключенным Сен-Жюстом перемирием и началом «Удара молнии». Думаю, мы и с этим справимся.

В отношении промышленности, я осознаю, насколько тяжким бременем на экономику лягут наши планы строительства. Рашель Анрио, от лица казначейства, высказалась достаточно ясно, но я знал это и без неё и очень сожалею, что придётся пойти на такие меры. Особенно учитывая цену, заплаченную всеми нами за то, чтобы возродить экономику. Но у нас нет особого выбора, пока дело не закончилось успешными мирными переговорами.

Он вопросительно поднял брови, а она резко, раздражённо мотнула головой.

– Не знаю, когда мы добьемся этого, – признала она с явным недовольством. – Я полагала, что даже Елизавета Винтон пойдет на переговоры после того, как ты, Хавьер и остальной флот так отпинали их задницы! Однако пока – ничего. Я все больше и больше убеждаюсь, что Арнольд был с самого начала прав насчет обретенного манти вкуса к империализму… чёрт бы его побрал!