Я едва успел сбросить тунику, как совсем близко услышал лай собак. Мне показалось, что они возле овчарни. Прислушавшись, я услышал крик – женский крик ужаса. Он доносился откуда-то от овчарни. Дикий лай адских псов не прекращался. Я не стал больше ждать, схватил свой нож и палку. Нам было разрешено иметь ножи с лезвием не более шести дюймов длиной. То, что я сейчас схватил, было моим единственным оружием. Однако лучше это, чем ничего.

Я выбежал через переднюю дверь и бросился к овчарне, откуда доносились крики женщины и злобный лай собак.

Пока я бежал, мои глаза привыкли к темноте и я рассмотрел человеческую фигуру, которая висела на крыше. С крыши свешивались ноги и нижняя часть туловища. Четыре собаки с остервенением прыгали вверх, а пятая, крепко стиснув зубы висела на ноге, стремясь стащить человека вниз. Я бросился вперед, крича на собак, те, что прыгали, остановились и повернулись ко мне. Я хорошо знал характер этих собак и теперь ждал нападения. Ведь эти собаки совсем не боялись человека. Но я бросился вперед так стремительно и решительно, что собаки зарычали, повернулись и побежали.

Та, что висела на ноге, стянула человека на землю до того, как подбежал я. Она повернулась ко мне и, стоя над своей жертвой, грозно оскалила страшные клыки. Это был огромный зверь размером со взрослую овцу. он мог бы легко справится с несколькими мужчинами, тем более плохо вооруженными. В обычное время я уступил бы место боя, но сейчас ставкой была жизнь женщины.

Я американец, а не Калькар. Эти свиньи могут бросить женщину в опасности, чтобы спасти свою шкуру. А я привык ценить женщину. Ведь в нынешнем мире они представляли ценность нисколько не меньшую, чем корова, свинья или коза.

Я смотрел на этого ужасного зверя и понимал, что смерть рядом. Краем глаза я заметил, что и остальные собаки подходят ближе. Для размышления времени не было и я бросился на собак с палкой и ножом. Под могучей грудью собаки я увидел расширенные от ужаса глаза девушки. Я и раньше не думал предоставлять ее своей судьбе и уклониться от смертельного боя, но после этого взгляда я не оставил бы ее даже если бы сто смертей стояли у меня на пути.