Ничего необычного с ними не случилось. И как долго они ни странствовали, никакого таинственного владения они так и не посетили. Посох из дерева дуба поначалу привлекал любопытный взгляд Джеда, но вскоре он убедился, что это был самый обычный дорожный посох, и не более того. Три дня прошло, а потом ещё четыре, но Огион Молчальник так и не произнёс в присутствии Джеда ни одного заклятия, не научил его ни одному магическому стиху, ни одного имени не назвал он.

Хотя учитель и хранил молчание, но был он в тоже время так мягок и добр, что Джед по прошествии ещё дней двух всё-таки осмелился сказать:

— Сэр, когда я начну учиться?

— Ты уже учишься, — было ему ответом. Последовало неловкое молчание:

— Но я же ничего ещё не узнал от Вас?

— Это потому, что ты ещё просто не понял, чему я тебя учу, — ответил маг.

Они продолжали идти по высокогорной тропе, что пролегала между Оварком и Виссом. Огион был смуглым, как и большинство жителей этого острова, седым, стройным, сильным и выносливым, как породистый пес. Говорил он редко, ел ещё меньше и почти не спал. Зрение и слух его улавливали любой шорох, любое движение, и напряжённое выражение не сходило с его лица.

Джед ничего не ответил учителю, ибо это не всегда просто — ответить с ходу на вопрос мага.

— Ты так хочешь узнать ещё одно заклятие? Но ты и без того вычерпал немало воды из этого колодца. Подожди. Быть мужчиной — значит, терпеть. Быть мастером — значит, терпеть в девять раз больше. Что это за трава растёт у дороги?

— Нelichrysum bracteatum (Бессмертник прицветниковый (лат.).

— А это?

— Не знаю.

— Четырёхлистник, зовут его.

Огион остановился и воткнул медное остриё посоха рядом со стебельком травки, так, чтобы Джед мог лучше рассмотреть растение. Огион опять замолчал, и Джеду ничего не оставалось сделать, как снова задать вопрос: