Красная гладкая кожа девушки резко контрастировала с желтыми глазами, подведенны-ми кокетливыми стрелочками. Из-под густых каштановых прядей на макушке высовывались маленькие круглые рожки. Длинные пальцы с черными от природы ногтями постукивали по сгибу скрещенных красивых рук. Я смущенно поерзала, стараясь не разглядывать длинный гладкий хвост, ожерельем обвернувшийся вокруг шеи девушки. От соседки шел жар, ощущав-шийся даже на расстоянии.

Надо сказать, аггел в городской подземке в утренний час пик — редкий гость. Этой расы с эксцентричной внешностью после Мировой войны сторонились и боялись. Ведь аггелы, 'бесы' в дословном переводе с их резкого отрывистого наречия на межрасовый язык, являлись единственными обладателями неуправляемой природной магии. Их клеймили в отрочестве, перекрывая силу огненной (или грозовой, я плохо помнила уроки социологии в лицее) стихии.

Соседи отчаянно делали вид, что близость опасного создания их нисколько не смущает, но в уважительном перешептывании звучала явная нервозность. Стараясь не пялиться на по-путчицу, безразличную к учиненному в курятнике приличных фейри переполоху, я уставилась на противоположную от обрыва отвесную стену, отделанную черным гладким гранитом. На ней танцевал гигантский рекламный морок симпатичной улыбчивой нимфы, демонстрировав-шей кредитную карту Сберегательного банка.

Кабинка, между тем, дернулась, и руки привычно вцепились в толстые прутья решетки. Спуск в подземелье походил на свободное падение, от него подводило живот и хотелось за-жмуриться. Мы ухнули в пропасть, и злой сквозняк, ударив в лицо холодным потоком, взъеро-шил волосы. Кабинка неслась вдоль отвесной стены, а рядом со свистом мелькали такие же трясущиеся на толстых тросах клетки с пассажирами.