Моркай Красный рухнул на землю. Это был один из немногих вопросов, на которые ему не суждено было найти ответа.

Кесселл еще долго стоял у стены, боясь потерять столь необходимую сейчас опору. Поначалу его била дрожь, но постепенно он пришел в себя. Ведь Эльделак, Дендибар Пестрый и прочие чародеи, участвовавшие в путешествии, говорили: когда не станет учителя, именно к нему, к Акару Кесселлу по праву перейдут принадлежащие Моркаю зал самосозерцания и лаборатория для занятий алхимией в Небесной Башне Арканы.

Эльделак, Дендибар Пестрый и все остальные говорили именно так!

* * *

- Ну что, дело сделано? - спросил тучный мужчина, когда Кесселл вошел в темную аллею, где у них была назначена встреча.

Кесселл радостно закивал.

- Красный чародей из Лускана больше никогда не будет колдовать! сказал он так громко, что все присутствовавшие вздрогнули.

- Говори тише, дурак, - послышался из тени деревьев как всегда невозмутимо монотонный голос Дендибара Пестрого. Он вообще редко открывал рот, но когда такое происходило догадаться о его чувствах было невозможно. Дендибар вел себя столь хладнокровно, что зачастую это даже нервировало окружающих. Несмотря на то что чародей был ниже остальных ростом и являлся, пожалуй, самой внешне неприметной фигурой среди путешественников, Кесселл боялся его больше, чем кого бы то ни было.

- Моркай Красный, мой бывший учитель, мертв, - тихо повторил Кесселл. - Акар Кесселл, отныне известный как Красный, вступил в Гильдию Чародеев Лускана!

- Спокойно, дружище, - сказал Эльделак и положил руку на плечо юноши. - Когда вернемся в город, тогда и устроим настоящее посвящение. Сказав это, он улыбнулся и незаметно подмигнул Дендибару.

Кесселл был в смятении. Его возбужденный ум суетливо перебирал детали предстоящей церемонии вступления в Гильдию Чародеев.