Никогда больше не придется ему сносить насмешки учеников. Теперь-то они будут вынуждены уважать его, поскольку теперь он впереди всех - даже тех, кто обогнал его, удостоившись звания чародея в ранние годы ученичества. В мозгу Кесселла вихрем проносились видения, которые должны были стать реальностью в ближайшем будущем, но вдруг он нахмурился. Кесселл повернулся к стоявшему рядом чародею, и черты его лица резко изменились, как если бы он внезапно осознал, что совершил ужасную ошибку.

Эльделак и прочие собравшиеся в аллее чувствовали себя неуютно. Каждый из них прекрасно представлял, каковы будут последствия, если Архимаг Небесной Башни Арканы когда-либо проведает об их чудовищном злодеянии.

- Его мантия? - спросил Кесселл. - Мне, наверное, следовало бы прихватить ее с собой?

Эльделак не смог сдержать радостную улыбку, однако Кесселл принял ее всего лишь за знак одобрения со стороны старшего друга.

Можно было и сразу догадаться, что этот парень способен впасть в истерику из-за любой мелочи, мысленно упрекнул себя Эльделак и, обратившись к Кесселлу, сказал:

- Об этом можешь не беспокоиться - чего-чего, а мантий в Небесной Башне хватает. Это, пожалуй, даже выглядело бы подозрительным, появись ты на пороге Архимага и заяви о своих правах на место Моркая Красного, будучи одетым в ту самую мантию, в которой его зарезали. Не так ли?

Немного поразмыслив, Кесселл согласился.

- Возможно, - добавил Эльделак, - тебе даже и не стоит надевать красную мантию.

От испуга глаза Кесселла разъехались в разные стороны. Что имеет в виду Эльделак? Неужели они передумали и решили не присуждать ему титул, который он по праву заслужил?

Двусмысленность слов Эльделака была тонко рассчитана, однако он вовсе не хотел зародить в душе Кесселла сомнения. Еще раз подмигнув Дендибару, который от души наслаждался этой игрой, он спокойно ответил:

- Я имел в виду, что другой цвет, возможно, был бы тебе больше к лицу. Вот, положим, синий очень идет к твоим глазам.