- Ты. очевидно, хорошо и долго думала об этом, - сказал он после тревожной паузы.

- Да, отец, и я ручаюсь, что чаша сия минет меня. Но если мне дадут ее, я должна испить ее до дна.

- Должны ли и дети твои испить ее, если ты погибнешь в этом рискованном предприятии?

- Труднее всего, - прошептала она, отведя взгляд, - осознавать, что мои дети могут стать сиротами по моей вине. Но все же я должна пойти на этот риск. Я сделала распоряжения на тот случай, если не вернусь. - Она вручила ему запечатанный пергаментный пакет. - Фиона присмотрит за моими младшими и будет лучшей матерью для них, чем была им я. Если я решила поступить так, как велит мне мое сердце, я должна пойти на это. Только я могу это сделать. Ты понимаешь меня, Найэллан?

Мгновенье спустя он закрыл глаза и кивнул, положив ладонь на ее сложенные руки, и его епископское кольцо горело меж них, словно огонь маяка.

- Не совсем, дитя мое, но, очевидно, у тебя есть веские основания поступать именно так. Я не буду расспрашивать тебя далее, так как чувствую присутствие здесь той силы, которая превосходит все, что я могу привести в действие. - Он взглянул на нее в печальной задумчивости. - Позволишь ли ты по крайней мере молиться за тебя?

- Конечно, - сказала она со слабой дрожащей улыбкой. - Есть еще одно одолжение, которое вы можете сделать мне.

- Все, что в моей власти, дочь моя.

- Вы можете дать мне последнее причастие в случае, если я не вернусь из этой поездки. Это очень ободрит меня.

Найэллан вздрогнул, словно она ударила его, но после того, как его сердце успокоилось, он напряженно кивнул.

- Если ты действительно желаешь, конечно, я сделаю это. Однако ты должна осознавать, что Порам и Кверон могут почувствовать это. Отметы таких таинств очень часто заметны для священников их уровня.

- Этим утром у них будут свои заботы, отец, - прошептала она, думая, что приготовления уже начались. - К тому времени, когда это может стать очевидным для них, будет слишком поздно сделать что-либо, чтобы не позволить мне свершить то, что я должна свершить.