Йорама также беспокоит, что Синил был вынужден оставить свой сан и принять корону, хотя он и не видит путей, позволяющих избежать этой жертвы, так как это необходимо сделать ради спасения королевства. Йорам сомневается и в том, будут ли они с Эвайн в праве вернуть Камбера. От случая к случаю мы видим, что дерини бывают вынуждены принимать за других решения подобного рода, обычно за людей, которые не способны этому противиться, но, по правде говоря, такое манипулирование всегда существовало и существует в нашем мире, хотя не на том уровне, который доступен Дерини.

Тем не менее епископ Эрилан совершенно уверен в правомерности прямого считывания Морганом мыслей принца-священника Меарана, отца Джудаеля, хотя, казалось, для этого не было никаких оснований. Келсон, конечно же, имеет представление о разумных пределах того, как далеко может простираться его власть, хотя считает, что некоторые его поступки простительны ему как королю. Он утверждает, что никогда бы не воспользовался своими способностями для того, чтобы заставить Сидану ответить согласием на его предложение выйти за него замуж, и его очень беспокоит, что время от времени он серьезно раздумывает, не применить ли их. В действительности у нас нет никаких свидетельств, подтверждающих, что он мог поддаться искушению подобного рода. "Обещаю тебе, что первый и единственный раз я так поступаю с тобой без твоего на то согласия, конечно, если это не вопрос жизни и смерти", - уверяет он юного Айво. (В поисках святого Камбера.)

Иными словами, Келсон обещает не использовать свои способности в обыденных ситуациях для того, чтобы прочесть мысли Айво или контролировать его разум ради собственного любопытства или корысти. Следующим утром это намерение подвергается испытанию, когда он и Дугал шутя заговаривают о возможности проверить, что на уме у оруженосца Конала, чтобы побольше узнать о его таинственной невесте, хотя разговор этот, без сомнения, дает понять, что ни один из молодых людей никогда не пойдет на это.