Однако не только люди оказываются жертвами такого программирования. Воля Хамфри Галларо, священника-михайлинца, схваченного людьми короля Имра, была полностью сломлена Имром и его когортой. Он перепрограммируется как агент Имра и затем внедряется в ряды повстанцев, что привело к весьма трагическим последствиям. Неспособный сопротивляться, несчастный священник подсыпает яд в соль, используемую при крещении первого сына Синила, а потом пытается убить его самого, когда тот понимает, что произошло. Данный инцидент, однако, имеет свой положительный эффект: шок позволяет Синилу сознательно использовать свои способности, которые Камбер и его сородичи пытаются пробудить в нем; несчастному же Хамфри суждено умереть смертью изменника в магическом поединке. (Камбер Кулдский.)
Нам, конечно, хотелось бы думать, что поступки Келсона и других положительных героев, известных нам, определяются совестью, отсутствующей в характерах, только что приведенных. Поведение Келсона свидетельствует о том, что его постоянно терзали сомнения относительно роли, которую ему навязывают, хотя он и не видит способа, позволяющего уклониться от нее. Однако Йорам сомневается в нравственности преображения Дэвина МакРори в юного стража Эйдиярда Клюрского не из-за каких-либо возражений со стороны первого, так как Дэвин готов к этому, несмотря на опасность, но из-за того, что данный поступок по сути своей насилие. Йорам мучается тем, что Эйдиярд вынужден отказаться от своей индивидуальности и права на нормальную жизнь, не говоря уже о других причинах.