После этого он еле слышно пробормотал что-то и посыпал пуговицу каким-то порошком - едва-едва, самую малость. Затем сделал над ней несколько пассов, чуть помедлил и обернулся к отцу Брайту:

- Прошу вас, преподобный отец! Отец Брайт медленно поднял правую руку и, свершив крестное знамение, торжественно произнес:

- Пусть эта демонстрация, Господи, свершится в полном соответствии с истиной, и пусть искуситель рода людского ни в коей мере не смутит нас, свидетелей сего. Во имя Отца, Сына и Святого Духа. Аминь.

- Аминь, - хором откликнулись остальные трое.

Мастер Шон тоже перекрестился, а затем снова еле слышно что-то пробормотал.

Прыгнув со стола, пуговица ударилась о платье, которое держал перед собой доктор Пейтли, и прилипла к нему, словно пришитая хорошей портнихой.

- Ха! - воскликнул мастер Шон. - Так я и думал. - Он одарил собравшихся широкой лучезарной улыбкой.

- Между ними совершенно точно есть связь! Лорд Дарси с трудом скрывал скуку.

- Время? - спросил он.

- Одну секунду, милорд, - извиняющимся голосом ответил мастер Шон. Одну секунду.

Под пристальными взглядами наблюдателей он прочитал над платьем и пуговицей еще несколько заклинаний; правда, ничего столь же впечатляющего, как в первый раз, не произошло. В конце концов мастер Шон вынес свой вердикт:

- Они были оторваны друг от друга прошлой ночью, примерно в одиннадцать тридцать. Но мне не хотелось бы утверждать это с такой точностью. Лучше скажем - между одиннадцатью и полуночью. Однако можно добавить, что, судя по скорости, с которой пуговица вернулась на место, оторвана она была очень резким рывком.

- Прекрасно, - сказал лорд Дарси. - А теперь займитесь, пожалуйста, пулей.

- Хорошо, милорд. Только это будет немного иначе. Он извлек еще какие-то принадлежности из большого, расписанного загадочными символами саквояжа.