— Надеюсь, мой мальчик. И хочу верить, что это тебе поможет.

Я ушел. А он, постояв чуток, принялся укладывать мои инструменты в сработанный специально для них сундук.

Тетушка Элизабет появилась в дверях кухни со свертками.

— В том, что побольше, — слоеные пироги. А во втором — припасы в дорогу.

Сверток с припасами я спрятал в мешок, а тот, что с пирогами, прикрепил к мешку сверху.

Небо было подернуто легкими облаками, из-за чего чуток парило, но я знал, что такие тучки редко проливаются дождиком. Конечно, фермерам дождь бы не помешал, но мне вовсе не улыбалось тащиться в Найлан под ливнем. Я почему-то подумал, что ливней на мою долю еще хватит.

— Ну а это съешь сейчас.

Невесть откуда появилось блюдо с двумя здоровенными пирогами. Один был с курятиной, а другой с ягодами; последний с уголка протекал.

— Подкрепись и отправляйся. Не мешкай, если хочешь поспеть домой к обеду.

— К обеду?

— Не сомневаюсь, твой отец состряпал что-нибудь особенное.

Откуда тетушка Элизабет может знать, что готовит на обед мой отец, я спрашивать не стал: во-первых, кому и знать, как не ей, а во-вторых, я уже вовсю уплетал пирог с курятиной, а с полным ртом много не поспрашиваешь. Признаться, за всеми этими хлопотами и сборами я совсем было позабыл о еде и только сейчас понял, как сильно проголодался. Проголодался до того, что, умяв первый пирог, запил его глотком холодной воды и тут же принялся за второй.

— Смотри не подавись. Спешка спешкой, но не стоит заглатывать пироги целиком.

Я внял этому указанию и покончил со сладким пирогом в четыре укуса. После чего отпил еще водицы.

— Ты захватил посох? Дядюшка хотел, чтобы у тебя был самый лучший.

— У меня такое чувство, будто я с ним родился.

— Вот увидишь, — улыбнулась тетушка, — он тебе пригодится. Особенно, если ты будешь слушать Мастеров и следовать своим чувствам... своим истинным чувствам.