"Мужики" - народ, попавший в "зону" по недоразумению и использующийся исключительно для того, чтобы выдавать на гора производственный план - пахали "на камне". Кто отбойным молотком, кто кайлом, кто с тачкой в онемевших от холода руках.

Так называемые "бесконвойные" сидели за рычагами экскаваторов и бульдозеров. Вольные поселенцы, обосновавшиеся в расположенной неподалеку деревеньке, рулили на КрАЗах, вывозя из карьера отработанную породу. Эти, кстати, курсировали между охраняемой промышленной зоной и железнодорожным узлом, тайно привозя блатным водку, колбасу и сгущенку. "Навар" их раз в десять превышал законный месячный заработок.

Тех, кто работал "за себя и за того парня", здесь называли "туберами": добрая половина "пахарей" получала в награду за ударный труд тяжелейшие формы туберкулеза.

Воры и приблатненные в промзону не выходили вообще, оставаясь греться в бараках. Им, по блатным понятиям, было "западло" горбатиться.

Братва из спортсменов облюбовала для себя строительный вагончик, вполне сносно отапливаемый печкой "буржуйкой". Пацаны не работали потому что… Как сказать-то, не соврав? Да потому, что не работали - и все тут! Можно, конечно, подвести под это дело соответствующую идеологическую базу. Только зачем? А ну попробуйте заставить бывшего профессионального спортсмена взять в руки кайло - я посмотрю, как это у вас получится.

Лагерная администрация к ворам и братве "от спорта" особо не цеплялась. Выдают "туберы" план - и ладно. "Зэки" сами между собой разберутся.

Жулики не раз предпринимали попытки заставить пацанов рубить камень, но те им вежливо отказывали, поставленными ударами ломая носы и дробя челюсти. Семен Точило получил свое прозвище после того, как принял между ребер воровскую заточку, отказавшись выходить на работу. К счастью, выжил. И "синего", который хотел его замочить, администрации не сдал. После того случая блатные отступились, оставили спортивную братву в покое. Теперь жили параллельными "семьями", без причины друг друга не задевая…