Джеймс выкатил его на мостовую. Под солнечными лучами О'Беронн завыл от страха и стал дико извиваться. Тучи пыли слетали с его подушек, а бинты развевались по ветру. Джеймс распахнул дверцу машины, поднял О'Беронна на руки и опустил его на пассажирское сидение.

- Ты этого не сделаешь! - визжал О'Беронн. Его ночной колпак свалился. - Я должен быть в этих стенах. Мне нельзя в мир ...

Джеймс захлопнул дверцу, обежал вокруг машины и сел за руль.

- Здесь опасно, - захныкал О'Беронн, когда заработал мотор. - Там я был в безопасности.

Джеймс нажал на газ. Зашуршала резина. Он глянул в зеркало и увидел позади толпу смеющихся и улюлюкающих студентов.

- Куда мы едем? - жалобно проблеял О'Беронн.

Джеймс проскочил перекресток на желтый свет, потянулся на заднее сидение и выдернул из упаковки одну банку.

- Где была эта фабрика?

О'Беронн растерянно заморгал.

- Это было так давно ... Где-то во Флориде, по-моему.

- Флорида - это звучит неплохо. Солнце, воздух ...

Джеймс ловко выруливал среди машин. Большим пальцем он вскрыл банку и хорошенько отхлебнул из нее. Потом отдал банку О'Беронну.

- Берите, старина, допейте ее.

О'Беронн облизал губы, не спуская с банки глаз.

- Но мне нельзя. Я - продавец, а не покупатель. Мне просто нельзя этого делать. Я же говорю тебе, я - хозяин магазина.

Джеймс покачал головой и рассмеялся.

О'Беронн задрожал. Обеими узловатыми руками он поднял банку и прильнул к ней губами. Только один раз он оторвался, чтобы рыгнуть, и продолжал пить.

Машину наполнили майские запахи.

О'Беронн вытер рот и, смяв банку в ладони, швырнул ее назад через плечо.

- Там, сзади, найдется место и для Ваших бинтов, - сказал Джеймс. - А теперь - в путь!