Оперативники стояли посреди каморки, недоуменно разглядывая друг друга.

Если после внезапной вспышки света и наступившего вслед за тем мрака короткая прическа Дукалиса почти не изменилась, ну разве что стала напоминать ёжика, то Ларин вполне мог бы пробоваться на роль Бивиса – его волосы стояли абсолютно вертикально.

– А тебе не кажется, что здесь что-то изменилось. Пол, например? – Анатолий покосился на кафельную плитку, казавшуюся теперь не голубой, а розовой. – И дверь, вроде бы, другого цвета была…

– Ты бы еще больше на кнопки жал, – огрызнулся Ларин. – Вот доберутся до тебя комитетчики, скажут, что их технику испоганил…

– Да я н-ничего. Я п-просто… Я скажу… – заикаясь, начал оправдываться Толян, вызвав дополнительный прилив недовольства напарника.

– Скажу… «Товарищ, верь: зайдет она, звезда разгула гласности. Припомнят наши имена тогда в госбезопасности», – продекламировал Андрей. – Пошли-ка отсюда поскорее, тем более что выход, кажется, все-таки отыскался. Да и убийца где-то рядом бродит.

Дукалис обиженно хмыкнул и первым шагнул за дверь.

Буквально через секунду Ларина, последовавшего за ним, едва не свалило с ног. Это Толян втолкнул в каморку какого-то тщедушного, похожего на бомжа мужичка, который, видимо, торчал снаружи у выхода. Держа незнакомца за широкие лацканы потертого клетчатого пальто, оперативник яростно тряс беднягу, требуя немедленно сообщить, куда тот дел пистолет, и назвать имя заказчика.

– Говори быстро, а не то по стенке размажу! – не желая терять драгоценных секунд, покуда задержанный мало что соображал с перепугу, наседал на незнакомца Дукалис.

– I don`t… I don`t…

- Толян, тебе кнопки мало? Оставь человека в покое… – Ларин уже оправился после неожиданного вторжения. – Блин, ну я же предупреждал!

Дукалис пару раз приложил мужичка спиной к стойке с приборами; посыпались искры, свет в каморке погас, лишь где-то под потолком мерцала под слоем пыли тусклая одинокая лампочка.