Вит отвел руку назад.
Он представил, как это бывает в фильмах про войну. Разбивается бутылка о броню, течет по железу вязкая горючая масса, выскакивают перепуганные фашисты. Кто-то обязательно катается по земле, охваченный пламенем. А потом взрываются топливные баки.
Вит развернулся и бросил бутылку подальше от "тигра". Букин не должен был гореть.
Полыхнуло. Горючая масса вырвалась на волю и вместо брони ела пустырь.
Танковая башня опять стала наводить орудие на Вита. Солд, наполовину высунувшийся из люка, припал к пулемету.
А Вит уже был занят своими мыслями.
Вспомнился почему-то один случай. Так ясно, что Лешка со своим "тигром" и солдами-фрицами ушел на задний план.
Виталик с родителями гостит у деда Сергея в Марьино. В войну дед был танкистом. Командиром экипажа. На Курской битве оставил все свои волосы. Вылез из машины, снял шлем, а они все там.
Марьино - это уже не город и еще не деревня. Поселок. Виталик любит бывать у деда. Со двора видно железнодорожную насыпь, и очень близко речка.
В этот вечер он поздно возвращается в дом. Входит неслышно. Виталику семь лет, и он при любом удобном случае отрабатывает навыки конспирации. Вит крадется к ведру, аккуратно зачерпывает ковшиком колодезной воды и пьет. Старается не издать ни звука.
У деда Сергея с бабой Зиной, как и у самого Вита, в доме всего одна комната. Свет оттуда слабенький. Горит только настольная лампа. Голос деда тоже тихий. Но Виталик все слышит. Дед с отцом выпивают, и бывший танкист, имеющий много орденов, рассказывает про войну. Виталик застает лишь конец его рассказа и не понимает толком, про какой бой идет речь. А дед рассказывает, как уже после боя он чистит матчасть и вытаскивает оттуда детскую ногу. В обувке.
Потом отец с дедом снова выпивают. Вит не может сдвинуться с места, но больше ничего такого он в тот раз не слышит. И после тоже.
...Тогда Виталик выбрался во двор и сидел там, пока не позвали ехать домой. Он обнял деда, поцеловал бабу Зину. И еще несколько дней удивлял родителей тем, что ходил какой-то притихший. А на самом деле просто думал. Силился пристроить эту оторванную ногу у себя в голове, так, чтобы она не рушила всю остальную картину.