– В правительство – ни за что, – твёрдо сказал Адам.

– А кто такие гусары? – вдруг вспомнил Кеша.

– Это были такие военные, – Вита сосредоточилась, пытаясь объединить в ответе историческую и тактическую справедливость, – очень давно, они ездили на лошадях, махали саблями, а в свободное время играли в карты, пили эту гадость и говорили всякие глупости.

– Писали стихи, – сказал Коля. – Например, поручик Лермонтов. Полковник Давыдов. Прапорщик Гумилёв… Так вот, о правительстве речи не идёт. Туда сейчас как ломанулись, как ломанулись…

– Прошёл слух, что Серёга на премьерство вынет из ваты Чубайса, – сказал Некрон. – И очередь претендентов в один миг выстроилась до Серпухова.

– Это всё ерунда, – сказал Коля. – На самом деле ты нужен для другого. Особо ответственного…

– У нас уже есть одно особо ответственное поручение, – сказала Вита, потянувшись к бокалу. – Ты в курсе.

– Ма, а ты пьешь алкоголь хор-р-рошего качества и высокой очистки? – спросил Кеша.

– О, да! – сказала Вита и отсалютовала бокалом Усиде. Японец широко улыбнулся и прижал руку к сердцу. – Коля, мы ведь договаривались, – повернулась она к Ю-Ню. – Мы приняли участие в Серёжиной кампании. Мы объехали всю страну. Одних выступлений полтора миллиарда. И – всё! Понимаешь? Всё! Комедия окончена. Наши победили. Какие ещё проблемы? Нам ребёнка воспитывать…

– Новых – ни одной, – весело сказал Коля. – Только старые. Разве что ваш племянничек презент удружил: добыл для Земли колонию.

– И что в этом плохого? – рассеянно поинтересовался Адам, разглядывая пришедшие карты.

– Да нет, всё прекрасно… – начал было Коля, но его внезапно перебил Усида:

– Госпожа Вита, позвольте, я попробую объяснить. Уважаемый Николай прав: все наши проблемы по-прежнему пребывают с нами – потому что они вне нас и практически от нас не зависят. И долго ещё не будут зависеть. Империя по-прежнему остаётся для нас дамокловым мечом. Видите ли, так склеилось… совместилось…