Я представила, как сейчас щелкнет взведенный курок.

Я поняла, что сейчас в меня попадет пуля.

БАБАХ!!!… и парень упал.

Мама его застрелила!

Мама его застрелила?

Стоп! Она же даже не шелохнулась.

Из темноты, за нашим грабителем, который рухнул на бетон — его темная кровь медленно наползала на мои «классики» — вперед выступил негр, одетый в коричневые рабочие штаны и майку, ярко белевшую на его черном теле. На сгибе локтя у него висел дробовик.

— Я не видел другого выхода, — сказал он маме. Мы выбрались из-за прилавка и стали на крыльцо, смотря на молодого человека, умиравшего на тротуаре. — Мои мальчишки кричат: зови полицию! А я им сказал, у нас же нет телефона. Ну, вот я и прибежал, как только смог, с ружьем своим.

— Спасибо, Джо, — сказала мама, сделав шаг вперед, протянув руку, как будто хотела поздороваться с ним. Но в последний момент остановилась. — Я тебе очень признательна. Очень.

Я стояла в изумлении — я никогда не думала, что мама знает этого человека, тем более как его зовут. Я его раньше и не видела никогда. Ну, если и видела, то не запомнила. Но с другой стороны, те, кто жил по ту сторону канавы, менее чем в ста метрах от нас, были для меня абсолютными незнакомцами. Мы просто жили в разных вселенных.

— Ну, меня не удивляет вообще, — ответил Джо, — то, что вы сами его застрелили. Нет, вообще нисколько не удивляет, ни капельки. Вы — сильная женщина, миссус Розали. Мы это все знаем. Управлять лавкой одной, все эти годы, до того, как мистер Джейк приехал, о, да.

Вообще, мама редко получала комплименты. Но они ей, конечно же, были приятны. Она с достоинством расправила плечи:

— Я бы смогла это сделать, если бы понадобилось. Я сказала ему об этом. Я сказала, что застрелю его, даже если он только подумает тронуть мою Эмму. И точно так же я не отдала бы ему свои деньги. Они мне слишком дорого достаются, чтобы отдавать их какому-то налетчику.