Об опасности, грозящей мальчику, доктор Кальцекс немедленно сообщил Сансанчу и МАМА. "С ним, вероятно, уже что-то происходит, а мы про это ничего не знаем, - с убитым видом предположил доктор. Коричневый от загара, Сансанч сразу стал серым от ужаса. - Беда в том, что мы обещали ему в течение десяти лет ни с чем не приставать, - подавленно пробормотал он. - Не знаю, что и делать..." Решительнее всех оказалась МАМА. "Оставим в стороне условности, когда речь идет, возможно, о жизни мальчика, сказала она. - Надо действовать!.."
И вот Сансанч и МАМА, не дожидаясь приглашения, пришли к Леро в гости.
- Что случилось?! - испуганно закричал он, увидев их. - Из строя вышел третий двигатель?
- Нет, с кораблем больше ничего плохого не произошло, - поспешил успокоить его Сансанч. - Мы пришли спросить: как ты себя чувствуешь?
- Лучше всего сказать: никак! - мигом повеселел Леро. - Мне здесь до того хорошо, что я забываю, есть ли у меня тело, и убеждаюсь, что есть, лишь когда о чем-то сильно задумаюсь и упрусь на ходу лбом в стену или, приняв падающую сосновую шишку за чей-то пас, по привычке отбиваю ее головой... И во всех остальных отношениях у меня, как говорили мальчишки моего возраста лет сто назад, "нормалек". Мне с каждым годом все сильнее хочется учиться и еще больше знать. Откровенно говоря, я все хуже и хуже понимаю, что имел в виду этот древний чудак Екклезиаст, утверждая, что во многой мудрости есть много печали и кто умножает познания, тот умножает скорбь...