с синим экраном компьютер, говорю же, меньше порнуху

смотреть надо!

- Да, сейчас, здесь, тут, прямо тут!!! - завизжала она.

- Рот закрой, - по-доброму посоветовал я ей. - Тоже мне, сирена голосистая. У меня тут один орал, так орал... Студент, с филфака, помнится. Федор... На "Р" как-то... Михалычев!

- Почему на "Р"?! - раздраженно вскрикнула К.

- Не знаю, так чего-то на ум пришло... Ну вот, поселился он у двух старушек-сестричек. Как-то со степухи умудрялся им платить, а однажды, как бабушки на следствии показали, они ему говорят: "Давай ты нахалявку у нас поживешь, а взамен это... "того" нас, мы уже старенькие, хоть перед смертью надышаться. А студентик - кремень попался, нет и все, как отрезал. Надо же, "девочка-целочка" отыскался! Бабушки его связали, и не пытали совсем, а аккуратно так топориком четвертовали, но на степуху его ничего даже купить не успели. А орал он мне на ухо, потому что бабушки на магнитофончик его крики записали "на память". А потом как прокрутили - испугались вдруг, грех все же... И сразу к нам.

- К чему это вы? - брезгливо поморщилась К.

- Да к тому, дорогая моя, что я тебя здесь запер не для того, чтоб твою волосяницу чесать, а чтоб ты мне всю правду выложила, отчего ты вдруг социально опасным элементом заделалась. Про честь офицерского мундира слыхала когда-нибудь?

3. Головная боль

- Имя, фамилия?

- Анна К, - ответила она уже без прежней уверенности в голосе.

- Все это очень даже замечательно, - сказал я, - а вот ответьте мне на такой маленький вопрос: документы у вас имеются?

- Документы? - пренебрежительным тоном переспросила она, как будто я ее спрашивал о чем-то неприличном. Как будто я ее просил карту эрогенных зон мне засветить.

- Паспорт есть при себе? - конкретизировал я вопрос.

- Подождите, я посмотрю, - она порылась в сумочке, погромыхивая какими-то флакончиками. - Нету...