Я полистал страницы, с трудом разбирая текст в слабом свете уличного фонаря. Бред какой-то. Напоминает эзотерическую чепуху от мадам Блаватской.

– Так вы, значит, настоящий марсианин… – медленно произнес я, уже не зная, что еще сказать. – С самого Марса… А можете как-то это доказать?

– Как доказать? – грустно улыбнулся собеседник. – Как я могу это доказать?

– Ну, покажите что-нибудь… убеждающее. Ну, я не знаю… летающую тарелку? Как-то ведь вы прилетели сюда, на Землю?..

– Это не так просто… Так называемые «летающие тарелки» – всего лишь выдумки слишком впечатлительных индивидуумов. Ничего подобного не существует.

– Ну, тогда что-нибудь еще. Любую инопланетную технику.

– Простите. Здесь и сейчас я ничем не отличаюсь от вас, землян. У меня нет никаких зримых доказательств. Я ничего не могу вам продемонстрировать.

– В таком случае мне очень сложно вам поверить…

– Я понимаю, – пожал плечами «марсианин». – Мне, собственно, и не нужно, чтобы вы мне верили. Просто хотелось кому-то рассказать… с кем-то поделиться. Ведь все марсиане давно вымерли, я – последний из последних…

– Бесконечно вам сочувствую.

– А, что уж там… – отмахнулся «марсианин». – Я же понимаю, что вы считаете меня сумасшедшим. Я уже привык.

Правильно привык. Если он всем рассказывает эту историю про Марс, то неудивительно, что его считают чокнутым. По-моему, он и есть чокнутый.

Дождь прекратился. И трамвай подъезжает. Мой странный собеседник со вздохом поднялся и подошел к краю тротуара.

– Книжку забыли! – окликнул его я.

– Оставьте себе. У меня еще есть.

Я пожал плечами, глядя вслед отъезжающему трамваю. Сегодня это последний – других уже не будет.

Оставьте себе, он сказал… а зачем мне эта макулатура? Вот как раз урна рядом есть.

В ночном небе засветились три ярких огня. Я отступил назад, прикладывая ладонь ко лбу. Чуть слышное гудение – и рядом с трамвайной остановкой приземлился дискообразный агрегат размером с небольшой автомобиль. Дверца отъехала в сторону, и из кабины выглянуло крохотное студенистое создание с единственным глазом на тонком отростке.