Он стремглав побежал в комнату. Его фотоаппарат уже давно, вместе со вспышкой, был готов. Он надеялся сфотографировать какого-нибудь койота, которые по ночам часто подбирались к хижине.

С фотоаппаратом в руках он и возник перед марсианином.

— Мне принять какую-нибудь позу? — осведомился последний. И тут же приставил пальцы к ушам, начал быстро перебирать остальными десятью, дико скосил глаза и высунул огромных размеров, цвета капусты, язык.

Льюк нажал на спусковой крючок. Быстро перемотал кадр и снова направил аппарат на марсианина. Но того как ветром сдуло. Где-то из-за спины Льюка раздался голос.

— И одной хватит, Джонни. Не действуй мне на нервы.

Льюк резко повернулся, держа на изготове фотоаппарат. Но там никого не было. Сзади тот же голос ехидно заметил, что он уже разок сам себя выставил на посмешище.

Льюк решил не настаивать. Обойдется и одной фотографией. А уж она-то не станет обманывать и покажет, с кем он имеет дело. Жалко, конечно, что пленка не цветная. Но, как говорится… на безрыбье и рак — рыба.

Стакан снова был пуст. Наполнил его и уселся в кресло.

— Вы перехватываете наши радиопередачи, не так ли? А почему не телевизионные?

— Телевидение? Слыхом не слышал.

Льюк попытался объяснить.

— Нет, — отрубил марсианин, — волны такого типа не доходят до нас. Слишком далеко. И слава Аргету! Хватит и того, что слышим вас. А чтобы ещё и видеть… Нет, увольте!

— А, все это болтовня. Просто вам не удалось до сих пор изобрести телевидение! Ну вы и даете! Как же это вы так, дружище?

— Во загнул! Глупости все это. Когда захочется взглянуть, что происходит в той или иной точке нашей планеты, мы просто куимируем туда. И все… Скажи-ка лучше, положа руку на сердце, мне просто не повезло, что я встретил такого монстра как ты, или все вы здесь такие паршивцы?