Что же касается самой Евы Косутик, то она, напротив, на протяжении ста пятидесяти трех дней учений только и помышляла о том, когда же наконец принц сгинет с ее глаз долой.
Едва стихли звуки императорского гимна, капитан вышел вперед и отдал честь.
– Ваше королевское высочество, капитан Вил Красницкий к вашим услугам. Для нас большая честь видеть вас на борту «Чарльза Деглопера»!
Вяло махнув в ответ рукой, принц огляделся. Изящная брюнетка, поднимавшаяся следом, опередила его и, подойдя к капитану, с едва заметным волнением протянула ему руку:
– Элеонора О'Кейси, капитан. Я очень рада, что попала на ваше прекрасное судно.
Недавняя наставница и руководитель Роджера крепко пожала капитану руку и посмотрела ему в глаза, пытаясь загладить неловкость, вызванную мрачным настроением принца.
– Мы тут пришли к выводу, что у вас, капитан, замечательный экипаж, все как на подбор.
– Благодарю вас. Мне очень приятно, – ответил капитан, бросив мимолетный взгляд на недовольную физиономию принца.
– Вы выигрывали Таравское соревнование два года подряд. Это высочайшая оценка в глазах любого. – О'Кейси одарила капитана ослепительной улыбкой, незаметно толкнув Роджера локтем. Принц с бессмысленной кислой миной посмотрел на Красницкого. Ободренный вниманием его высочества, капитан облегченно вздохнул: вероятно, его высочество остался доволен, и, значит, его карьере королевская немилость пока не грозит.
– Позвольте представить вам моих офицеров. – Красницкий обернулся к стоящей по стойке смирно шеренге. – Если его высочеству угодно, можно произвести осмотр.